23 Окт 2015


Ирина Шухаева. Статья

Ирина Шухаева. Статья “Сказки М.Е. Салтыкова-Щедрина”

Ирина Шухаева. Сказки М.Е. Салтыкова-Щедрина
Статья на основе авторской телевизионной программы из цикла “Хроники русской общественной жизни в сатире М.Е. Салтыкова-Щедрина”
Здравствуйте, уважаемые зрители.
С вами Ирина Шухаева и мы продолжаем беседы о творчестве Михаила Евграфовича Салтыкова-Щедрина.

Сегодня мы поговорим о его замечательных сказках. Так или иначе, со сказками Салтыкова-Щедрина, с их названием, с афоризмами, которые прочно вошли в нашу жизнь именно из сказок, мы немножко знакомы. Я попробую дать вам сегодня обзорную информацию и попробовать объяснить, для чего же Салтыкову-Щедрину так нужны были сказки, и какое значение, какую роль он сам им отводил.

Итак, что такое сказка? Сказка уже стала литературным жанром, хотя само понятие, с которым мы знакомы, появилось лишь в конце XVII в начале XVIII века. Раньше все-таки так говорили о слове «басня». А сказка предполагает, что узнают о том, зачем еще она нужна.
Сказка целевым назначением служила для подсознательного или сознательного обучения ребенка в семье правилам и целям жизни, необходимости защиты своего «ареала», определенной родовой принадлежности и достойного отношения к другим общинам и к своим и к чужим предкам. Вот такое серьезное значение, кроме развлечения перед сном, еще имеет в себе сказка. И сказки Щедрина в миниатюре содержат в себе проблемы и образы всего его творчества.

Всего тридцать две сказки написал Салтыков-Щедрин и почти все они, а именно двадцать девять, были созданы в последние десятилетия его жизни. Основная масса с 1882-го по 1886 год и всего лишь три сказки были созданы в 1869 году, когда Салтыков-Щедрин, можно сказать так, разминался по вопросу, насколько у него получаются сказки и что с этим можно делать дальше. Мы помним, он был убежден, что литература и пропаганда – это одно и то же. Не ставил во главу угла художественность, а ставил именно смысл и значение, узнавание, непримиримость, осуждение. Верно, мы говорим, что в его сатире, в его произведениях мы всегда видим активную жизненную позицию автора. Ему это не нравится и он показывает это наотмашь, со смаком, так что невозможно никуда увернуться.

Что происходит в это время в обществе? Произошла отмена крепостного права, проведены реформы. Более очевиден стал раскол общества, начинается революционное движение. Уже сформировалось и действуют и разночинцы, и интеллигенция, и общественное движение. Начинаются и революционные действия в массах. Всего 20 лет до первой русской революции 1905 года, процесс вовсю идет, чего конечно хочется людям, когда они понимают, что вот-вот наступит эпоха перемен? Конечно, хочется, чтобы это произошло максимально без крови, без потерь, без потрясений, то есть какими-то мягкими возможными формами.

Я вам, в общем, очерчу дискуссии, начинающиеся в обществе: если образовать мужика, то он по-другому будет относиться ко всему, что происходит в стране, и к власти тоже. С другой стороны, если власть предержащим всей этой армии чиновников, бюрократов, всем тех, кто кормится, как мы с вами знаем, из народного кармана, из казны, объяснить, что мужики – тоже люди, то возможно что-нибудь может произойти.

Весь цикл сказок Салтыкова-Щедрина, со всеми его разнообразными персонажами и из животного мира, и из мира людей показывает, что это невозможно. И зачем обращается Салтыков-Щедрин к сказкам? Приведем высказывание самого известного в мире сказочника Ганса Христиана Андерсена. «Каждую вещь следует называть ее настоящим именем, и если бояться это делать в действительной жизни, то пусть не боятся этого хоть в сказке».

Можно сказать, что это – установка к действию для Салтыкова-Щедрина, когда он работал над своим циклом «Сказки». В сказках мы видим животных и рыб; разных людей и разные пороки. Есть сказка «Пороки и добродетели», есть сказка «Пропала совесть», есть в сказках обманщики-газетчики, есть легковерные читатели, есть волки, зайцы, вороны, орлы, лисицы, рыбы…

Основная идея сказок, которую Салтыков-Щедрин хотел донести – непримиримость социальных противоречий в эксплуататорском обществе и разрушение идиллий, иллюзий о возможности преобразований. Поэтому он и показывает в своих сказках, что волк всегда будет съедать, медведь – бесчинствовать, пескарь – прятаться, орел – разбойничать и спать между разбоями, а спасенный генерал мужику, может быть, пятак на водку все-таки пожалует. Но это все, не нужно обманываться, будто могут произойти какие-то преобразования, и чиновник изменит своей природе, раб изменит своей природе, служивый изменит своей природе – во всем разнообразии сказок Салтыков-Щедрин показывает, что этого не произойдет.

Очень сильно ценил Михаил Евграфович литературное наследие Гоголя. Вот что говорил о сказках Гоголь: «Сказка может быть созданием высоким, когда служит аллегорическою одеждою, облекающей высокую духовную истину, когда обнаруживает ощутительно и видимо даже простолюдину дело, доступное только мудрецу». Вот вторая задача, к которой в сказках обращался Салтыков-Щедрин – сделать их доступными для размышления народа: привычные образы барина, помещика и крестьянина, птиц, рыб, таких понятий как совесть (она доступна была и крестьянам и помещикам), и особого образования крестьянам для этого не требовалось.

В стране велось много серьезных дискуссий, много было и умных слов, и сложных определений, и версий о развитии пути России, в сказках Салтыков-Щедрин очень четко, используя так называемую аллегорическую одежду, называл вещи своими именами.

Сказка «Медведь на воеводстве» – одна из знаковых сказок цикла, где, как вы знаете, «злодейства крупные и серьезные нередко именуются блестящими, и в качестве таковых, заносятся на скрижали Истории». Медведь «Топтыгин 1-й» так хотел попасть на скрижали Истории, что забыл о том, что «…умел берлоги строить, а все на одно поворачивал: «Кровопролитиев… кровопролитиев… вот что нужно! Лев за эту жажду крови произвел медведя в майорский чин и отправил в дальний лес воеводой». Все три эпизода жизни Топтыгиных кончаются тем, что их убивают мужики, что – опять же, оказывается неизбежным. В другой лес был послан другой воевода. Тот решил начать с крупных злодеяний, но в лесу уже не было ни типографии, ни университета, ни академиков, всех уже до Топтыгина уничтожили. Тогда он забрался во двор к мужику, задрал лошадь, корову, свинью. Гнилая крыша провалилась, опять порвали мужики медведя.Третий Топтыгин был умнее. Он уразумел, что ни больших, ни малых злодеяний совершать не разрешается. Залег в берлогу, рассуждал о правах, тут и ел. Происходили натуральные злодейства, он не вмешивался. Он осознал, что и без него злодейство собой сделается и выходил он из берлоги только для получения присвоенного содержания. И, тем не менее, все равно оказался у мужиков на рогатине.

Много говорят о том, что именно в этой сказке Салтыков-Щедрин определил роль мужика. Медведь – это самодержавие, устаревшие экономические и политические порядки, а народ возьмет рогатину, сделает бунт и порвет и медведей, и тех, кто активно злодействовал, и тех, кто пассивно злодействовал, и кто уничтожал академии, типографии и университеты. Если мы заглянем вперед, то увидим, что свою роль народ выполнил. На рогатину медведя подняли, только вот что дальше делать, оказалось до конца не известно. «Все равно, как если б кто бедного крохотного гимназистика педагогическими мерами до самоубийства довел». Вот такие фрагменты встречаются в сказке «Медведь на воеводстве».

Идем дальше, следующая сказка называется «Орел-меценат». Сказка удивительно похожа на общественную жизнь. Скучно было орлу, решил он завести разные науки, создать вокруг себя общество. Все к нему все прибежали, всем понравилось. Все получили какие-то назначения, и началась игра во власть – такое развлечение. И самое интересное: решили, наконец, поучить самого орла – считать, прежде всего. Потому как нельзя делить добычу, пока ты все не посчитал, не применил математику. Орел, увы, оказался не обучаем, и математика ему была не нужна, он прекрасно без нее обходился. Тогда он порвал всех учителей, начались репрессии. Когда уничтожили всех, кого можно уничтожить, начали уничтожать друг друга.

«У птиц тоже, как и у людей, везде инстанции заведены; везде спросят: «Был ли у ястреба? Был ли у кречета?», а ежели не был, так и бунтовщиком, того гляди, прослывешь».

Это фрагмент из сказки «Ворон-челобитчик», где ворон старый ворон решил рассказать правду всем начальникам о том, как люди стали притеснять ворон. Потому что «…началось окончательное разорение. Воронье роптало: «Налоги установили не милостивые, а новых угодий не предоставили! – раздавалось по лесу. Много было гнезд разорено, много вороньего племени в плен уведено. Но воронье от испуга только металось и жалобно каркало: «Хоть режьте, хоть стреляйте, а нам взять дани неоткуда!»

Тогда, соблюдая всю субординацию, старый ворон решил донести информацию о том, как плохо ему – вороньему роду, до своих начальников до ястреба, до кречета. «Прилетел я к твоему степенству правду объявить! – горячо закаркал старый ворон, – гибнет вороний род! Гибнет! Человек его истребляет, дани немилостивые разоряют, копчики донимают… Мрет вороний род, а кои и живы – и тем прокормиться нечем». Ястреб сказал: «Изворачивайтесь!» «Знаю я, – отвечает старый ворон, – что нынче все изворотами живут, да прост на это наш вороний род. Другие миллионы крадут, и им все как с гуся вода, а ворона украдет копейку – ей за это смерть. Подумай, разве это не злодейство: за копейку – смерть. А ты еще учишь: «изворачивайтесь!» Прислан ты к нам начальником, чтобы защищать нас от обид, а оказался первым разорителем и угнетателем! Доколе мы тебя терпеть будем?»

Ворон, надо сказать, работает все время на грани фола, вот-вот кто-нибудь прикажет с ним разделаться, но ему везет, он в каждую инстанцию попадает, когда начальник сыт и доволен. Заканчивается все его движение тем, что он попадает к самому главному. Кречет выясняет, везде ли он был, со всеми ли он поговорил и после чего держит весьма мудрую речь: «Что да все что ты говоришь, правда. Но ты пришел ко мне со своей правдой, а правд-то много и не со всеми мы можем справиться, вот подожди, потерпи. Ты молодец, что ко мне пришел, подожди, потерпи, придет одна великая правда и будет нам всем жить хорошо, а пока лети отсюда к своему вороньему роду и расскажи, как сильно я на них надеюсь. Только их крепостью мы и выживем и доживем до правды».

То есть чем выше инстанция, тем более убедительная отговорка от того чтобы что-либо менять. Ждем все новую правду, а пока терпим унижения, притеснения и не знаем, откуда взять непомерную дань.

«Ворона птица плодущая и на все согласная. Главным же образом, она тем хороша, что сословие «мужиков» представлять мастерица». Это высказывание из другой сказки но, тем не менее, этот образ и ворон-челобитчик, который, все-таки, отчаявшись, решил дойти до власти и рассказать правду очень хорошо показывает, что происходило между народом и властью, но в птичьем царстве.

Возьмем сказку «Дурак». Собирательный образ народного дурака не давал покоя Салтыкову-Щедрину всю жизнь. Но, к сожалению, во что-то более конкретное, как он хотел сделать, и не вылилось.

Сказка о дураке: Дурак необыкновенный – сидит дома, либо книжку читает, либо к папке с мамкой ласкается. Вдруг, ни с того ни с сего, сердце в нем загорится, он бегает, всем помогает. Если кто-то хочет есть, он берет еду, не зная, что за это надо платить. Если кто-то несет убивать птицу – это несправедливо. Мучились с ним, мучились, больше всего боялись, что он какое-нибудь неудовольствие доставит начальству. Пробовали его учить – не обучается. Появился очень интересный образ у Салтыкова-Щедрина, появился приезжий. Приезжий, который обратил внимание на дурака и вынес ему вердикт. «Совсем он не дурак, а только подлых мыслей у него нет – от этого он и к жизни приспособиться не может. Бывают и другие, которые от подлых мыслей постепенно освобождаются, но процесс этого освобождения стоит больших усилий, и нередко имеют в результате тяжелый, нравственный кризис. Для него же и усилий никаких не требовалось, потому что таких пор в его организме не существовало, через которые подлая мысль заползти могла бы. Сама природа ему это дала. А впрочем, несомненно, что настанет минута, когда наплыв жизни силою своего гнета заставит его выбирать между дурачеством и подлостью. Тогда он поймет. Только не советовал бы я вам торопить эту минуту, потому что как только она пробьет, не будет на свете другого такого несчастного человека, как он. Ну и тогда, – я в этом убежден, – он предпочтет остаться дураком».

Мы говорим о том, что те, кто уже следовали убеждениям революции, были эдакими дураками-социалистами, как их называли и в деревнях, и в городах. Были они «белыми воронами», не было в них, как казалось, подлости. Шли они действительно за светлыми идеалами. А сказка о дураке закончилась довольно-таки грустно – дурак исчез. Родители очень переживали, куда же его девать и что с ним делать. Дурак исчез и через некоторое время вернулся домой осунувшийся, избитый и до конца своих дней молчал. Так, правда ничего и не делал, не помогал в труде родителям. Но от его открытого, светлого отношения к миру и определенной дурацкой правильности, к сожалению, ничего не осталось.

Следующая сказка, о которой я вам хочу сказать несколько слов – это, конечно, знаменитый «Премудрый пескарь», который прятался в своей собственной норе и всю жизнь там продрожал. «У молодого пескаря ума была палата, палата у него была ума, обратите внимание. И начал он этим умом раскидывать и видит: что куда он не обернется – везде ему мат. В воде большие рыбы плавают, а он всех меньше; всякая рыба его заглотать может, а он никого заглотать не может. Да и не понимает: зачем глотать. Рак его может клешней пополам перерезать, водяная блоха – в хребет впиться и до смерти замучить. Даже свой брат пескарь – и тот, как увидит, что он комара изловил, целым стадом так и бросятся отнимать. Отнимут и начнут друг с дружкой драться, только комара задаром растреплют. И прожил таким образом пескарь забившись в свою нору и там дрожа, сто с лишним лет. Все дрожал и дрожал. Ни друзей у него, ни родных: ни он к кому-то, ни к нему кто-то. В карты не играет, вина не пьет, табаку не курит, за красными девушками не гоняется, только дрожит и одну думу думает: «Слава богу! Кажется жив!»Даже щуки и те стали его хвалить: «Вот кабы все жили – то-то в реке тихо было!» Только это они нарочно говорили; думали он на похвалу-то отрекомендуется – вот он я!» А тут они его и хлоп! Но он и на эту шутку не поддался, а еще раз своею мудростью все козни врагов победил.

Образ дрожащего обывателя, так великолепно выраженный в рыбе, тоже грустно закончил свое существование в сказке Щедрина. Во-первых, к концу жизни он выяснил, что никто им не восхищается, а называют его дурным остолопом, странным и так далее. Во-вторых: когда, наконец, он решил выйти из норы, он исчез, и никто даже не знает почему. Просто умер или все-таки его кто-то съел.

Еще одна из самых известных сказок Салтыкова-Щедрина – о том, «Как один мужик двух генералов прокормил». Попали два генерала вдруг на необитаемый остров. Попробовали бродить по острову, попробовали поесть «Московские ведомости» и многое другое и поняли, что они должны найти мужика. Это сказка: мужика они нашли, разбудили и заставили себя накормить. Мужик нарвал яблок, потом накопал картофеля, приготовил вкусной еды. Нарадоваться не могли на него генералы и стали себя хвалить за то, что его нашли. А чтобы он не сбежал, генералы привязали мужика веревкой, которую он сам же и сплел из дикой конопли.

Неоднократно на протяжении всей этой сказки Салтыков-Щедрин показывает манеру русского народа производить в своем поведении правила, которыми очень удобно пользоваться эксплуататорам. Мы помним, как они плывут в лодке, и генералы предъявляют мужику претензии за шторм, за качку, за бурю, за грозу, он знай себе, гребет, и знай себе, их кормит. Эта готовность взять на себя вину за все тоже, к сожалению, нам присуще, и мешает и освободиться, и мешает развиваться. Но, а благодарность, как вы знаете, мужику от генералов была великая, ему полтинник на водку дали, но куда уж больше. И это не единственная сказка о мужиках и о баринах ( или о помещиках).

Замечательная сказка, просто шедевр – это «Дикий помещик», который так притеснял мужиков, потому что пахло ему плохо из-за них, что, в конце концов, мужики неизвестно куда делись. И стало в поместье просторно, хорошо, легко, только соответственно куда-то делись все продукты с рынка. Помещика обслуживать стало некому. Приезжали к нему гости, оказалось, что некому подать водки. Попробовал он завести театр, театр тоже нужно обслуживать. Но и, в конце концов, так сказать общественное мнение решило, что помещика нужно поймать и изолировать, а мужиков вернуть на место. И сразу же появился… Запах мужицкий, правда, конечно, появился и был он неприятен, но кроме запаха появились еще продукты. Восстановилась вся, как мы скажем сейчас, инфраструктура и сфера обслуживания, то есть все стало на свои места.

Очень забавная сказка Салтыкова-Щедрина называется «Пропала совесть». И очень подробно там описывает Михаил Евграфович что же происходит с людьми, когда у них пропадает совесть. И тут вдруг совесть в образе, такой как бы нелицеприятной тряпки или предмета, по очереди оказывается у разных людей. И начинаются в их жизни катастрофы. Вдруг становится стыдно поить мужиков и пьяных их обворовывать. Вдруг становится стыдно воровать у купцов товары или разбойничьей данью обкладывать. И получается очень хорошая цепочка взаимодействия: если у мужа оказывается совесть и вдруг он готов ее принять, то жена – ни в какую. Именно жены такой дружной чередой, избавляются от никому не нужной совести. И кочуя с места на место, оказывается она выброшенной и никому не нужной. И мечтает о том, что хорошо бы нашел ее ребенок и рос бы в ладу с совестью, и было бы тогда все хорошо. Такая интересная сказка.

Есть еще интересная сказка «Пороки и добродетели»Есть сказки связанные с действиями в религиозные праздники, наиболее яркие сказки с представителями животного мира, о которых мы с вами поговорили. И все они показывают то, что проводя параллель с сегодняшним днем не надо строить иллюзии о том, что орел перестанет быть хищником и перед тем как разорвать добычу пополам, будет производить арифметические действия. В поле охоты орла лучше не оказываться, а если оказались то понимать, что происходит и никакие душеспасительные беседы хищника не заставят изменить свою природу, должны меняться правила игры. Вот о чем говорил Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин в своих замечательных сказках.

На этом наша с вами сегодняшняя программа закончена. Всего доброго, до свидания.
СМОТРЕТЬ ПРОГРАММУ ИРИНЫ ШУХАЕВОЙ СКАЗКИ М.Е.САЛТЫКОВА-ЩЕДРИНА

https://youtu.be/1I9nLQeixLs